Языковая культура в Украине: Языковые экстремы

На улицах любого города Украины, в шумных коридорах школ и высших учебных заведений речевую культуру нашей молодежи объединяет добрых два десятка наиболее употребляемых сленговых слов: «типа», «короче», «прикольно» и т. д. Я умышленно выбираю более мягкие слова, а не речевую «крутизну», которая также достигает уже критической точки. Прислушаемся внимательно к речи наших депутатов разного уровня, членов правительства наивысшего ранга, к речи, доносящейся из теле- и радиоэфиров, дабы убедиться в стремительном падении и снижении языковой культуры. Если уж на заседаниях СНБО президент просит вице-премьера выключить мобильный телефон, а этот вице-премьер в парламенте машет рукой «Да пашли вы!» на депутатов, проявляющих демонстративное неприятие его тезисов, то так и хочется ввести уроки вежливости для высочайших чиновников. Можно даже утверждать, что сегодня в Украине мы наблюдаем ярко выраженные социолингвистические экстремы, являющиеся маркерами каких-то более глубинных тектонических сдвигов в нашей духовной жизни.

Конечно, любая национальная культура в каждый период своего развития имеет так называемые экстремные ареалы, представляющие как высоко одухотворенный, так и чрезмерно заниженный и даже умышленно вульгаризированный стиль. Довольно часто последний является атрибутом определенных субкультур и культурных маргиналий, которые стараются выработать специфическую речевую коммуникацию с помощью топоса крайнего негативизма.

Хочется понять, почему именно сегодня негативизм настолько переполнил речевую картину мира нашей молодежи? Почему к своему сленговому коктейлю молодые люди щедро добавляют речевой массив криминального мира? Возникает вопрос: то ли это жестокая действительность формирует такое мировоззрение, то ли под влиянием искаженной информационной картины мира вырождается наше восприятие окружающей среды? Чего стоит только телевидение, предлагающее массовой аудитории уроки криминальной терминологии через критическую массу низкопробных фильмов! Кажется, ТВ окончательно избрало картину кретинизации общества бездарными шоу-программами. Как-то известный польский журналист Ришард Капусцинский приводил в пример как иллюстрацию информационного террора именно структуру теленовостей: теракты, резонансные убийства, стихийные бедствия, военные действия в зонах конфликта, где каждый день жертвами становятся десятки людей. И, наконец, – трогательный сюжет о том, как в автокатастрофе выжила кошка, и за ходом ее выздоровления следит весь мир. Последнее должно бы свидетельствовать о нашем человеческом милосердии...

Да, это не преувеличение, что сегодня, как в нашей повседневной жизни, так и в масс-медиа, ненормальность в буквальном смысле словно получила статус нормы. Очевидно то, что наша не весьма привлекательная действительность и ее интерпретация в средствах массовой информации, переплетаясь, создают цепную реакцию сплошного негативизма. Это привело к тому, что достигли апогея скептицизм и нигилизм. Из общественной жизни исчезает любой «сакральный» элемент, являющийся основой духовности. Если человек постоянно находится под перекрестным огнем негативизма разных информационных потоков, то ему все сложнее удерживать положительную установку на мир и деятельное желание изменить этот мир к лучшему. Все согласятся, что систематическое проповедование насилия превращает человека в жертву, прежде всего, информационного террора. Сегодня все шире становится круг приверженцев тезиса: если насилие стало признаком нашего времени, то артикуляция этого насилия стала знаковым элементом массовой культуры и масс-медиа. Однако здесь можно высказать и антитезис. В частности, история ярко свидетельствует, что дискурс насилия на протяжении всей европейской цивилизации приобретал периферийные или маргинальные, и лишь в крайних ситуациях – война, голодоморы и т. п. – тотальные формы выражения.

В наших реалиях асимметрия между добром и злом уже должна бы стать поводом для не одного заседания СНБО. Так как речь идет, прежде всего, о страшных последствиях для общественной безопасности. Ведь в наших масс-медиа происходит информационная атака на самые интимные сферы человеческой жизни. И при этом катастрофически не хватает эфирного времени или места на страницах газет для культивирования гражданских добродетелей, социального долга, человеческого милосердия… Поэтому в решении этой проблемы роль масс-медиа вместе с образованием становится общественно значимой и стратегически важной.

Мария Зубрицкая, проректор Льовского национального университета имени И.Франка

Автор: 24ua