Гуру в изгнании

''

В конце 80-х в Москве на задворках улицы Поварской можно было наблюдать странное явление. Плотная толпа народу с молчаливой надеждой стояла возле входа в малоприметный подвал, ожидая момента, когда откроются двери, из них выйдет высокий худой человек со всклокоченными волосами и бородой, поднимет руки в благословляющем жесте и скажет: «Все пройдут. Не беспокойтесь, все пройдут».

Попасть в этот подвал надо было непременно. Именно там можно было увидеть спектакли Анатолия Васильева – того самого лохматого бородача, театрального гуру, мага и полубога. «Школа драматического искусства» – в этом названии были сконцентрированы все мифы и легенды русского альтернативного театра того времени. ШДИ была медиумом, связующим звеном с материком мирового театра.

Учиться у Васильева означало быть причастным к высшим театральным таинствам и мистериям. К нему уезжали, как в монастырь. Возвращались отчужденными и странными, словно контуженными новой театральностью. Целая обойма молодых режиссеров, помеченная знаком этой изолированной касты – Олег Липцин, Валерий Бильченко, Андрей Жолдак, Владимир Кучинский – обеспечила Украине короткий театральный ренессанс начала 90-х. После окончания спектакля «Шесть персонажей…» значительная часть зрителей и актеров срывалась, не дожидаясь конца аплодисментов, чтобы поспеть к киевскому поезду. Зато там был шанс оказаться в соседнем купе с идеальным васильевским актером Григорием Гладием и услышать в его изложении новости про великого Ежи Гротовского.

Все изменилось, когда из маргинала Васильев перешел в статус духовного лидера и национальной гордости. Процесс этот занял около десяти лет и имел вполне конкретное материальное воплощение. Накануне Всемирной театральной олимпиады в Москве (в 2001 г.), театр получил от городских властей подарок – театральный центр, оборудованный по последнему слову сценической техники. Иностранцы, приехавшие на Олимпиаду, ахали. Но когда гости разъехались, властям показалось, что они погорячились.

Так начался долгий муторный конфликт между театром и городом. Васильева обвиняли в том, что он мало ставит и спектакли его далеки от народа. В том, что он слишком много думает – в среднем подготовка премьеры занимала от 1 до 3 лет. Интеллигенция писала письма в поддержку и собирала подписи. Конфликт набирал обороты и становился все более жестким и формальным. В конце концов, Васильев был отстранен от должности руководителя собственного театра, а на его место назначен другой человек. Режиссеру предложили оставить себе лишь художественное руководство.

В последнее время Анатолий Васильев вел борьбу за театр из Франции, куда он отправился в творческий отпуск, больше похожий на изгнание. Оттуда он и прислал свое последнее письмо, в котором просит не считать его сотрудником ШДИ. История, позволяющая добавить к знаменитой булгаковской сентенции: «Никогда и ничего не просите у тех, кто сильнее вас», еще одну: «Никогда и ничего у них не берите».

Автор: Ольга Островерх, «24»